Валерий Бакушев: о парламентаризме, поправках в Конституцию и «суперпрезидентстве»

Апрель 27, 2020

27 апреля — день начала работы Государственной Думы (1906 г.) – первого в отечественной истории демократического института, заложившего основы парламентаризма в России.
О том, что такое парламентаризм в современной Российской Федерации, какую роль парламент сыграет в условиях кризиса и какие последствия будет иметь внесение поправок в Конституцию страны рассказал заведующий кафедрой парламентаризма и межпарламентского сотрудничества Института государственной службы и управления (ИГСУ) РАНХиГС, профессором Валерий Бакушев.


 
– Валерий Владимирович, сегодня почти все интервью начинаются так или иначе с одной темы – это пандемия коронавируса. А мы, если вы не против, давайте так сформулируем вопрос: пандемия заставила многие процессы жизни ускориться, перейдя в онлайн. Реален ли цифровой парламент?

– Не «пандемия», а требование времени обусловливает ускорение мысли, ее отбора с полезностью для людей и выработкой соответствующих такому времени решений. Понятию «цифровой парламент» более полутора десятка лет, если говорить о некой модности повесток конференций и круглых столов. В западной интеллектуальной мысли понятие «электронное правительство» содержательно включает технологии для всех ветвей власти, а у нас нередко разрывают это на «ведомственные» части.

Движение, как развитие от «электронного правительства» к сущности модели «электронного государства» касается всех одинаково. Адаптация особенностей лишь отдельных технологий — возможна и есть. В том числе в системе парламентских учреждений. Еще в 2002 году Владимир Путин обозначил такое движение, что «Россия включается в формирование информационного общества». Этот путь не гладкий, а затратный, поисковый. И опять-таки, такому пониманию следует учиться. А приходящая часть назначенцев в региональные думы и в палаты ФС РФ считают, что им должности «даруются». Чаще это идет от ограниченного партийного влияния… Но так принято, что партии у нас являются субъектом формирования и изменения политической системы.
 
– Не только в кризисные периоды, но и особенно тогда, когда важно законодательно обеспечить развитие, когда повышается роль «коллективного разума», то во всех форматах устройства демократических государств таким институтом выступает парламент. В России роль парламента существенна, она возрастает?

– Как бы ни был высок авторитет института президентства в последнее двадцатилетие, парламент, т.е. Федеральное Собрание и каждая из его палат функционируют сегодня профессионально и обеспечивают законодательно провозглашенный курс Президента РФ. Это курс на ускорение развития через повышение эффективности деятельности органов исполнительной власти, да и других институтов государства и общества.

Предложение о цели повышения роли Госдумы и всего Федерального Собрания РФ было сформулировано председателем палаты Вячеславом Володиным еще осенью 2018 года, в самом начале работы парламентариев седьмого созыва. Опираясь на этот посыл и парламентскую готовность, президент РФ сформулировал задачи обновленного политического курса через сложный и небыстрый путь погружения в «цифровое государство», формирование обновленного профессионально возросшего гражданского общества. На этой основе выстраивается диалог граждан и институтов власти.

– До начала пандемии одной из самых обсуждаемых тем была тема внесения поправок в Конституцию РФ. В обществе много спорили: насколько это необходимо? Так это нужно делать или иначе? К этому обсуждению страна вернется чуть позже…Как вы смотрите на обновление основного закона страны?

– Конечно, что бы ни утверждали создатели текста Конституции образца 1993 года, в ней есть пробелы, на которые указывали представители разных юридических, да и других научных школ. Это, во-первых. Во-вторых, более четверти века хватило, чтобы и научно, и практически понять тренды развития политической системы, которые развивают и политические, и неполитические институты гражданского общества, как и, сам институт «государства».

Поправки в Конституцию РФ определенно повышают роль палат Федерального Собрания, прежде всего, в кадровом отборе руководства правительства, министров, судебных и правоохранительных органов. За этим следует построение более сложного механизма осуществления парламентского контроля. И конституционные поправки должны укрепить каркас этого механизма: это должен быть контроль за исполнением законодательства, его отдельных норм, а не только ограничиваться мерой «запросов», «общих отчетов».
 
– Давайте еще раз вспомним, что предполагается записать в Конституции, если поправки пройдут через общероссийское голосование?

– Давайте отметим то, что касается совершенствования работы законодательной власти. А тут целый ряд новаций:

· ст. 83 подключает Совет Федерации как «консультанта» Президента РФ при назначении и освобождении от должностей руководителей федеральных органов исполнительной власти (включая федеральных министерств), ведающих вопросами обороны, безопасности государства, внутренних дел, юстиции, иностранных дел, МЧС и общественной безопасности;
· требуется представлять Совету Федерации кандидатуры для назначения на должности в Конституционный суд РФ; он назначает руководство других судей федеральных судов; тоже самое относится к Генпрокурору, его заместителям и иным прокурорам, которые назначаются федеральными законами;
· подконтрольна Совету Федерации должность Председателя Счетной палаты, а Госдуме – зам. председателя и равное между палатами число аудиторов;
· ст. 93 указывает на полномочия Совета Федерации, по представлению обвинения Госдумой, в вопросе лишения неприкосновенности и отрешения Президента РФ (решения от двух третей сенаторов и, так же, депутатов);
· обновлена редакция ст. 95 о Федеральном собрании РФ. А ст. 103 прямо указывает о праве осуществления палатами парламентского контроля;
· ст. 111, п.п. 32 дополнена существенным пунктом, что Госдума утверждает кандидатуру Председателя Правительства и только после этого он назначается на должность Президентом РФ. Это положение относится к заместителям Председателя Правительства и министрам. Уточнен порядок действий Правительства и Госдумы в случае постановки вопроса о «доверии»;
· ст. 129 закрепляет положения, что органы местного самоуправления в Российской Федерации «входят в единую систему публичной власти» и осуществляют «взаимодействие» для наиболее эффективного решения задач в интересах проживающего территориально населения.

Вот это те самые изменения, на которые действительно стоит обратить внимание.

– И все же, какие изменения в Конституцию вы считаете наиболее важными?

– Назову три важнейших положения:

Важна сама возможность дополнить востребованным смыслом часть статей. Это ощущалось гражданским обществом, и это почувствовала власть, когда потребовалось отвечать на вопросы «как делать», «почему», «к чему стремиться?»
  
Также крайне важно рассредоточение полномочий от «суперпрезиденства» в сторону парламента и на федеральном уровне, и в субъектах РФ.

И еще отмечу единство публичной власти: госвласть и муниципальная власть – у них органическая связь, а не так, как даже в диссертациях писали, что муниципальная власть отделена от государственной власти.

Остальное — инструментарий.
 
– Для реализации таких полномочий нужны профессионально подготовленные парламентарии на всех уровнях депутатской деятельности…

– Конечно! Парламентскому профессионализму нужно учиться! При этом замечу, что у нас нет официальной статистики о той части политического класса в российском обществе, который зовется депутатами. Их количество изменчиво. И все же можно представить, что таковых около 4 тысяч на уровне субъектов РФ, а также на муниципальном уровне порядка 325-340 тысяч местных избранников от граждан. Федеральный уровень – хорошо известен: 450 депутатов Госдумы, а также по два представителя от субъекта РФ + 10% президентская квота, а, если будут поддержаны поправки, то эта квота увеличится до 30 мест, в Совете Федерации.

До середины второго десятилетия XXI в. депутатский корпус в заксобраниях субъектах РФ, да и их представители в палатах Федерального собрания, был в основном практики из сфер управления. Хорошо, если в регионе есть хорошая юридическая школа, и парламентарии являются ее выпускниками. Но парламентскую «профессионализацию» в основе приходится проходить уже работая в парламентских структурах. Год-два уходит на овладение только тем, что делали до него предшественники. Но ведь современный уровень развития не терпит «раскачек», тем более в парламентской деятельности. Парламентарий сегодня не тот, кто ждет законопроект от правительства! А получилось даже еще недавно: — в 2018-2019 гг. – именно так, что из обещанных 30, а, потом 20 законопроектов в поддержку тренда «цифровой экономики», Госдума осилила не более трех. Так что парламентарии должны учиться не только «по желанию», а «по обязанности».

– И ведь есть, где учиться…

– Есть. В Институте государственной службы и управления РАНХиГС кафедрой парламентаризма и межпарламентского сотрудничества семь лет реализуется инновационная магистерская программа для целевой подготовки специалистов «Парламентская деятельность и обеспечение межпарламентского сотрудничества» (направление «Государственное и муниципальное управление»). Набор ведется на заочную, а с этого года и на очную (вечернюю для московского региона) формы обучения.

В марте нынешнего года состоялись впервые онлайн-защиты магистерских диссертаций. Реализуется также востребованная программа профессиональной переподготовки «Обеспечение межпарламентского сотрудничества» (530 час.) с применением электронных учебно-методических продуктов и др.

Важно, чтобы профессиональное обучение не перекочевывало в курсовую подготовку партшкол парламентских партий… Важно, чтобы шел заинтересованный набор и направление на целевое обучение в Президентскую академию перспективных сотрудников аппаратов партий, молодых депутатов, общественных активистов и лидеров.

 – Скажите, а как реализуется вашей кафедрой принцип практикоориентированности?
 
– Практикоориентированность не сегодняшняя новация. Когда свыше десяти лет реализовывались программы второго высшего образования с укороченным сроком обучения (начало реформ в России, а я был деканом вечернего отделения в РАГС). С начала 2000-х годов реализовалась одна из первых дополнительных квалификационных программ от одной тысячи часов ныне (МРА). Сегодня объем ДПО-программ в головном офисе РАНХиГС сокращен, но это не совсем оправданно. В магистерской подготовке мы используем (больше на личных контактах) выездные практики в региональные парламенты. И это нравится магистрантам.

Ну, и в завершение позвольте поздравить всех с Днем российского парламентаризма! Это важное направление, над которым нам еще предстоит работать и которое предстоит развивать.

– Спасибо за содержательную беседу!

© РАНХиГС https://www.ranepa.ru/sobytiya/novosti/valeriy-bakushev-o-parlamentarizme-popravkakh-v-konstitutsiyu-i-superprezidentstve/

Нравится
Поделиться