Президентская академия представила результаты исследования о влиянии государственных мероприятий на поток инвестиций в основной капитал. Согласно целям национального развития, к 2030 году объем инвестиций должен вырасти на 60% в сравнении с 2020 годом. На фоне структурной перестройки экономики бюджетный инвестиционный импульс– один из главных инструментов экономического развития. В 2022 году более 20% всех инвестиций приходилось на государственные средства. Однако дискуссия экспертов показывает: простого вливания денег недостаточно, необходим рост эффективности.
На научном семинаре «Бюджетный инвестиционный импульс в России: подходы к оценке» обсуждалась одна из проблем — правильно считать, как именно каждый рубль из нацпроектов превращается в частные вложения. Актуальность этой проблемы отметил Михаил Карев, заместитель директора Департамента проектной деятельности Правительства Российской Федерации.
Исследователи Президентской академии фиксируют парадокс: влияние государственных расходов на частную инициативу неоднородно. В периоды кризисов в менее развитых регионах наблюдается эффект вытеснения – там, где доля бюджетных вложений выше, частный бизнес сокращает активность. Это объясняется изъятием средств из оборота бизнеса через налоги и тем, что бизнес перекладывает риски на государство, отказываясь от собственных капиталоемких строек.
Руководитель Лаборатории исследований экономики развития Президентской академии Степан Земцов подчеркнул: «Государство выступает "якорным" инвестором в капиталоемкие проекты, беря на себя риски, неприемлемые для частного бизнеса. Отечественные исследования дают скромную оценку мультипликатора: один государственный рубль порождает максимум 13 копеек частных вложений, тогда как в развитых странах этот показатель может достигать соотношения 1 к 2». Впрочем, классические эконометрические модели часто страдают от эндогенности: государственные деньги могут быть напрямую взаимосвязаны с частными капиталовложениями.
В то же время в регионах с благоприятным деловым климатом госвложения могут порождать дополнительный поток частных инвестиций через несколько лет после осуществления проектов. Так, бюджетный импульс 2022 года в среднем положительно влиял на прирост частных инвестиций в 2023 году. Частная несырьевая активность концентрируется в регионах с высокой доходностью капитала и развитыми институтами. Иными словами, усилия властей по улучшению условий ведения бизнеса не менее важны, чем прямые вложения.
Главная преграда для точных расчетов — отсутствие детализированных электронных данных о том, как конкретное мероприятие в отдельном регионе конвертируется в последующие стройки, в том числе частные, и фиксируется Росстатом. Значительная часть расходов по национальным проектам вообще не попадает в статистику Росстата как инвестиции в основной капитал: обучение персонала, выкуп земли, текущий ремонт и административные затраты. Даже в строительных объектах материальные затраты составляют лишь 54–60% средств. Еще одна проблема – это оценка влияния «безденежных» мероприятий.
Исследователи Академии предложили три подхода к оценке:
-
Статистический (сверху): анализ агрегированных данных Росстата и электронного бюджета.
-
Территориальный (снизу): детальный разбор кейсов на уровне муниципалитетов. Минус метода — колоссальная трудоемкость, собрать такую базу по всей стране невозможно.
-
Нормативный: создание типологии мероприятий с разной отдачей на инвестиции.
Эксперты сошлись во мнении, что универсальную матрицу влияния создать невозможно из-за региональной специфики. Эффективность государственных вложений не предопределена самим фактом их осуществления. Она конструируется через качество институциональной среды и точность целеполагания. Различия в деловой среде, климате и близости к внешним границам требуют дифференцированного подхода. Необходимо разделять капиталоемкие мероприятия, как минимум, на реальный сектор и социальную сферу. До конца года планируется завершить анализ эффектов и представить правительству рекомендации.
