Интервью с Александром Сыкало: «Человеку и обществу уже мало быть детерминированными прошлым, надо быть детерминированным будущим»

Июнь 21, 2017

«Религия – продукт теоремы Томаса: если долго, много и убедительно говорить о не существующем, то в массовом и индивидуальном сознании оно становится реальностью. Человек сумел создать мифы о Боге, сумеет создать и Бога» – интервью с Александром Сыкало провел профессор кафедры государственно-конфессиональных отношений Вильям Шмидт.

Сыкало Александр Иванович – кандидат медицинских наук, доцент кафедры общей и клинической психологии факультета социокультурных коммуникаций Белорусского государственного университета; специалист в области социальной экологии, социального проектирования и теории устойчивого развития.

 

Уважаемый Александр Иванович, благодарю Вас за эту возможность обменяться мнениями по актуальным проблемам и поговорить о роли религии, религиозном факторе – какие из вызовов окажутся для российского и европейского обществ и в целом, в мире, базовыми, а какие второстепенными и незначительными, что будет первостепенным для религиозной сферы в жизни общества, а что для религиоведения. Встретившись в Международный день философии в библиотеке РАНХиГС у «философского камня», мы начали разговор – наши диалоги были приурочены Всемирной неделе гармоничных межрелигиозных отношений и посвящаются актуальным проблемам развития. Отрадно, что и мы – представители постсоветского пространства – входим в это международное пространство диалога, проявляя солидарность с силами доброй воли.

А.С.: Вильям Владимирович, с удовольствием присоединяюсь к обсуждению роли религии и веры в современном и будущем мире. Как атеист, убеждаюсь все больше и больше, что нам удастся построить будущее понятным и безопасным для наших потомков, только включив Веру в число психологических инструментов социализации и духовного развития. Как специалист, преподающий психологию и социальное проектирование и развивающий теорию устойчивого развития в научной сфере, транслирую заявленную тему в русле собственных компетенций.

Начиная строительство будущего, надо иметь проект этого будущего включающий миссию, набор смыслов, систему ценностей, дерево целей и дерево индикаторов, систему приоритетов, оценку необходимых ресурсов для построения ноосферного общества и ноосферного человека, идеологию устойчивого развития природы, человека и общества в виде атрибутивной теории самоорганизации и императивной этики. Обозначив свою позицию, готов ответить на Ваши вопросы.

В.Ш.: В последнее время можно услышать много различных обеспокоенностей и даже толков в связи со 100-летием Социалистической революции. Мы уже более 25 лет живем в новой формационной реальности, но наш уклад жизни, наши установки мало изменились – наша социальность при всей ее технологизации и качественном росте скатывается в воспроизводство «совкового гражданина» и вульгарной феодализации. Как Вы полагаете, мы имеем более-менее четкое представление о том, в каких условиях, в какой реальности мы находимся и каким понятийно-категориальным аппаратом оперируем, чтобы это адекватно понять? Что это такое национальное общество/государство в его само-ощущении/-идентификации, политико-правовой декларации и каковы его базовые параметры и характеристики? 

А.С.: С моей точки зрения, рассматривать спектр мнений по поводу события более чем столетней давности невозможно (или, по крайней мере, неправильно) без ясного понимания того факта, что мы живем в последнем столетии от Рождества Христова. Это не прогноз и не предсказание, это научная констатация динамики растущих в числе и масштабе системных глобальных угроз и рисков. Семь с половиной миллиардов человек на планете находятся в столь разных уровнях понимания происходящего, что человечество нельзя отнести к глобальному миру ни по одному из рассматриваемых аспектов как единое целое. Две трети населения не подозревает о существовании глобальных проблем (как и проблем Веры), два миллиона имеют о глобальных угрозах и рисках весьма смутное представление («слышали, но не знаем»), оставшиеся – специалисты, педагоги, чиновники рассуждают, чаще всего, с позиций «здравого смысла» – «совокупности заблуждений и суеверий, свойственных данной эпохе». Понятийно-категориальный аппарат (в том числе в научном сообществе) столь же противоречив, субъективен и условен. Для ориентации в причинно-следственных связях глобальных угроз существованию современной цивилизации нужна теория (или теории) на основе естественно-гуманитарного знания, описывающая с единых позиций процесс самоорганизации косной, живой и мыслящей материй.

И вот тут, возникает возможность и необходимость осмыслить и использовать столетний опыт СССР и РФ (именно в такой связке) для смены цивилизационной парадигмы. В этом смысле наша история уникальна и бесценна: лишь мы за сто с лишним лет сумели побывать в созревающем капитализме царской России и Февральской революции; в кровавом противостоянии капитализма и коммунизма гражданской войны; в не менее кровавом, но, тем не менее, одухотворенном коммунистической идеей состоянии советского общества; сформировали (на деле!) новую историческую общность – советский народ, победивший фашизм, но не сумевший в полной мере воспользоваться плодами Великой Победы; мы первыми освоили энергию атома и улетели в космос; «легли» под заморских и доморощенных либералов и постепенно вновь вылупляемся из их скорлупы двойных стандартов, лицемерия и фарисейства, лжи и насилия. И все это – одно столетие – всего история знающих друг друга 4-х поколений.

Наука (если она отвечает критериям науки) не просто главная производительная сила современной эпохи, но и наиболее эффективная сила, способная не предвидеть (это невозможно в принципе для больших систем), а построить будущее. И не то, которое мы хотим (как нам рекомендовал Пан ги Мун в бытность Генсеком ООН), а то, которое вписывается в прокрустово ложе законов, условий и механизмов самоорганизации – формы существования материи и сознания. И иных вариантов нет.

Вера как феномен индивидуального и общественного сознания (на стадии развития – мифологического сознания) была и останется, но в новом качестве – инструментом личностного развития в руках социальных педагогов-психологов и инструментом социального проектирования в руках социальных проектантов. Политики и экономисты должны покинуть арену управления системой «человек-природа-общество» и передать ключи принятия и исполнения решений науке и технологам естественно-гуманитарного знания.

В.Ш.: Александр Иванович, если позволите – частный, уточняющий вопрос: какой урок и/или вывод из истории нашего Отечества в ХХ в. для Вас может быть главным и какой второстепенный, второго или третьего порядка?

 

С.А.: Главный вывод из отечественной истории ХХ века для человечества – в глобальном мире человечество может и должно существовать и развиваться не по волчьей парадигме «успешности и богатства», а по парадигме истины, добра и справедливости. Это не этическое и не эстетическое требование – это требование системное – этический императив процесса самоорганизации материи и сознания, поскольку смена цивилизационной парадигмы условие и цель устойчивого развития. Выводы иных, более низких порядков, получаются при рассмотрении сколь угодно локальной проблемы автоматически при применении принципа «нооскопа» – системного анализа прошлого, настоящего и будущего сквозь «окуляр» универсального цикла самоорганизации при взаимодействии объекта и пространства самоорганизации. Вот: выбираете объект (порядок его рассмотрения) и получаете ответ – план и дорожную карту действий необходимых и достаточных для достижения цели; все остальное – мифология, «здравый смысл», удовлетворение все более сомнительных потребностей и несомненных пороков в ходе блуждания в сумерках собственного сознания.

В.Ш.: Александр Иванович, а если попытаться определиться с характеристиками (качествами) среды своего бытования, включая и средства (институциональные и политико-правовые), какими мы в этой среде оперируем, было бы интересно, какие противоречия, которые, собственно, и являются двигателем основных трансформаций в обществе – его сознании и на институциональном уровне – в его структурах Вы выделяете? Какой Вы видите динамику социально-политических отношений?

А.С.: Главное противоречие в каждой стране и в отношениях между странами – противоречие между трудом и капиталом.

Труд создает все блага, капитал превращает большую часть произведенного трудом блага во зло. 99% преступлений имеют экономическую основу и порождены системой конкуренции капиталов. В основе войн и конфликтов, санкций и насилия, торговли наркотиками и рабами, частями убиваемых «на органы» людей, коррупции (успешность ради богатства и богатство ради успешности), государственного и религиозного насилия, и многих других форм зла – на всех них стоит клеймо «сделано капиталом».

Капитал – источник человеческого балласта эпохи (а это более двух миллиардов людей), лишенного нищетой и невежеством возможностей (как и их потомки) произвести и приобрести продукты современных технологий. Капитал лишает их возможности продать единственное, что у них есть – свой труд и купить за это единственное, что им надо – человеческое достоинство. Кстати «двигателем основных трансформаций в обществе», как в живой, так и в неживой природе, являются не противоречия, а их устранение – снятие, их реализация.

Например, об информационном обществе говорят, забывая, что информация не модный термин и «не передача сведений», а симметричный энергии (энергетико-инфформационный континуум) и времени атрибут материи и сознания – такой же вторичный атрибут взаимодействия базовых атрибутов (пространства и энергии) в дискретном мире. Информация – мера устранения неопределенности и системной сложности продуктов и процессов самоорганизации как материи, так и сознания. Это – не физика. Это – системная интерпретация процессов самоорганизации, позволяющая анализировать и строить индивидуальное и массовое сознание: «синий кит», «управляемый хаос» … – вновь «невидимая рука рынка». Это – постиндустриальная, единственная (мировая!) религия объективных законов самоорганизации, обязательных для исполнения и с эффективным неотвратимым наказанием – высшей мерой пари коллективной ответственности. Для привычной идеологической, политической, а тем более религиозной, динамики уже нет времени – точка невозврата уже где-то рядом, в пределах нескольких десятилетий – не устраним созданные нами же противоречия с законами устойчивого развития системы «человек-природа-общество», и не будет во Вселенной ничего кроме величественной по масштабу, но косной материи – ни нас, ни наших предков, ни наших потомков – ничего живого и размышляющего.

В.Ш.: Уважаемый Александр Иванович, в контексте означенных проблем, какие место и роль можно отвести профессиональным сообществам – объединениям, ассоциациям – какие главные и частные задачи могут стоять перед ними как на уровне страны, так и в региональном разрезе? 

А.С.: Овладевать теорией и практикой атрибутивной теории и императивной этики устойчивого развития – нужна аксиологическая и аксиоматическая революция в общественном и индивидуальном сознании. Объединяться надо не по интересам, а по осознанной необходимости общих и понятных ценностей, целей, приоритетов и задач. Человечеству в самый раз переходить на военное положение и объявить беспощадную войну массовому невежеству и столь же массовой страсти обогащения. Такие попытки уже есть – МП-21, да и эта Ваша инициатива «проект интервью», похоже, именно эти тенденции отражает.

В.Ш.: Какой неожиданный комплимент – не мог представить, что эти наши шаги любопытства, переросшие в проект, так воспринимаются со стороны. Но, если позволите, хотелось бы затронуть деликатную проблему – поговорить о религиозно-философских, мировоззренческих аспектах нашей жизни – что есть «религия». Очевидно, что религия, религиозное мировоззрение в широком смысле – это один из уровней мышления (сознания) наряду с мифологическим (эклектичным) и сциентистским, а о ней, о религии как феномене, рассуждают как о субстанциональном… Но есть ли на деле то, что лежит в основе того, что мы именуем религией, и даже институциализировали?

А.С.: Религия в моем понимании – историческая форма мифологического сознания (а не наряду), предшествующая научной и философской, и используемая как инструмент «мягкой силы» в интересах правящих элит. Родственная функция религии – меценатство и благотворительность в адрес лиц, «попавших в трудную жизненную ситуацию», с целью снять растущее социальное напряжение, постоянно продуцируемое капиталом. Религия – продукт теоремы Томаса: если долго, много и убедительно (тысячелетия НЛП!) говорить о не существующем, то в массовом и индивидуальном сознании оно становится «реальностью».

Современный мир – гигантский хоспис; и как медик могу утверждать, что известное выражение «религия – опиум народа» очень хорошо и по сути отражает обстановку ожидания цивилизационной катастрофы в современном мире, в условиях глобальной дебилизации населения. Можно и мягче сказать: «Господа, если к правде святой мир дорогу найти не сумеет, честь безумцу, который навеет человечеству сон золотой». Но, как видите, сути дела это не меняет – у наркоманов тоже золотые и крепкие сны.

В.Ш.: Александр Иванович, также очевидно, что такой феномен как вера, на основе которого покоится система, именуемая религией(ями), есть общее свойство/функция высоко развитого биологического вида – человека, без которого или вне которого последний не мог бы иметь ни своего статуса, ни того, что есть его субстанциональное – бытия. Похоже, перед нами открывается не просто конфликт истории(й) – логика и динамика смены формаций и порядков/практик установления форм правопреемственности институтов(ций), выражавших идею(и) и/или являвшихся её носителями, – но и собственно принципа(ов), который(е) полагае(ю)тся в основание модели бытия; похоже, как и 100 лет назад, Мир еще только у самого порога перед комнатой, где будет вестись дискуссия о принципах нового миропорядка.

А.С.: Мир действительно у порога комнаты правосудия, но уже с обратной стороны – за порогом, где и стоит скамья подсудимых. Можно назначать судей в лице науки, прокурора в лице общества, адвокатов в лице психологов и обвиняемых в лице правящих олигархических элит. Процесс уже идет и соревновательные действия обвинителя и защиты проходят в условиях жесточайшего цейтнота. Как и 100 лет назад процесс не сможет закончиться «договоренностью сторон» – законы самоорганизации материи и сознания суровы, но не злонамеренны: человечеству и каждому из нас придется подчиниться диктатуре этих законов, предварительно познав и выучив их.

К сожалению, а может и к радости, для дискуссий с законами природы и общества места нет – тут не подискутируешь: миропорядок однозначно определяют законы развития Универсума, а не наши прихоти и степень удовлетворения все более сомнительными потребностями. Либералам будет особенно тяжело – придется привыкать к новому смыслу свободы даже не как осознанной необходимости, а свободы как свободному выбору свободного человека в свободном обществе собственных несвобод в интересах прошлых, нынешних и будущих поколений. И не дай нам Бог, выбрать не те или разные «несвободы»!

В.Ш.: Почему-то напомнилась фраза «пусть он знает, что я знаю, что он знает…»

Александр Иванович, как Вы полагаете, почему Российское Государство, довольно щепетильно относясь к регулированию и регламентированию всех и всяких отношений в каждой из сфер жизнедеятельности, за 25 лет новейшей истории имеет лишь один ФЗ «О свободе совести и религиозных объединениях» – можно даже сказать, что категорически отказывается иметь государственную политику в сфере общественно-религиозных отношений.

А.С.: И правильно делает: Церковь в современном мире не зря отлучена от государства. Были времена, когда бывало и наоборот – и это были очень смутные времена.

Очевидно, что мифологическое сознание не может управлять страной, хотя иррациональности во все времена с избытком. Вот и в России – поверьте, со стороны многое видится чуть по-иному – хватает и «здравого смысла» кремлевской элиты. Когда, например, В.В. Путин и другие из российского политического истеблишмента ссылаются на здравый смысл, так и хочется спросить – каким заблуждением или суеверием они собираются руководствоваться, поскольку у верующих есть цель – царствие небесное, а перед страной такая цель стоять не может, поскольку политическая цель – это не инобытие… Хотя, разве что «Всемирный халифат» или «Однополярный мир США.

На мой скромный взгляд, нисколько не отличающийся от цивилизационной политико-правовой нормы, Церковь – организация, на которую должны распространяться все статьи всех кодексов. Верующие такие же, ничем от других не отличающиеся люди – ничто человеческое им не чуждо, включая уголовный кодекс. Государство в мультирелигиозной стране должно соблюдать не только нейтралитет, но и максимально равную (и не малую!) дистанцию от каждой идеологии – как от философско-политических, так и религиозных доктрин – нарушение равноудаленности выглядит в глазах населения как форма коррупции.

В.Ш.: Уважаемый Александр Иванович, если позволите, небольшое уточнение. Первое: как Вы полагаете, любая ли деятельность человека представляет собой творческий акт, если учесть, что как субъект, так и объект отношений после взаимодействия становятся хоть на немного, но все же иными, чем были до него. Можем ли мы считать себя творцами жизни – что для этого нужно, каким должен быть человек? И второе: на чем покоится различение и в чем смысл идентификации(й)?

С.А.: Творцами? – конечно нет! Рутины в нас и вокруг нас много больше, чем творчества. Взаимодействие объекта самоорганизации с пространством самоорганизации подчиняется закону асинхронности развития и формирует феномен системной инверсии, когда объект и пространство самоорганизации обмениваются статусами. Так произошло с обществом и природой. В начале эволюции человека природа была пространством самоорганизации, а человек ее объектом. Сегодня действия человека и социума решают жить или не жить биоте, и если жить, то как?

Если немного, то это «не считается», а если на шаг самоорганизации, фрактально, на 0,618, то это уже творчество – человека или природы. Замечу: природа ведь тоже имеет право на творчество – любой вирус, микроб, комар или человек в равной мере творцы жизни. Вот мы отравили пчел на планете – и теперь некому опылять растения… Мы отравили фитопланктон в океанах – и некому творить кислород и пускать в оборот углекислый газ… К абсолютному равноправию косной, живой и мыслящей материи нам всем придется привыкнуть, если хотим жить и творить.

В.Ш.: Уважаемый Александр Иванович, спасибо – замечательные и очень вирулетные идеи! И в завершение нашего разговора небольшая просьба, связанная с предтечей этого нашего проекта – собеседованиями у так называемого «философского камня» в Международный день философии: один из наших студентов, как это водится у молодых и жаждущих открытия полноты то ли бытия, то ли Истины, представил 10 вопросов с просьбой ответить на них. Будем рады, Вашему мнению в формате блиц, если позволите:

  1. Какова природа Вселенной?

А.С.: На каком уровне? На уровне всей Вселенной и в прошлом? – Так сегодня это уже не вопрос философии. Это – вопрос специалистов в области теоретической физики, космологии, физики звезд. Да и слово «природа» не лучшим образом отражает нынешнюю ситуацию. Природа Вселенной и Разума, и не столько нынешнего, сколько будущего – вот достойный объект для нынешней философии, своеобразный социальный заказ. И природа, и человек, и общество как ее производные в их нынешнем и будущем виде требуют именно философского осмысления. «Электрон также неисчерпаем как атом» – «под каждым камнем лежит вселенная». Природа это арена, где бесконечно сложная Природа играет с бесконечно усложняющимся Разумом по правилам самоорганизации, а нарушившие правила удаляются с арены навсегда, без права на обжалование, амнистию или надежды на помилование.

Какой должна стать нашими усилиями Природа Вселенной спустя 100, 1000, миллион, миллиард лет? Человеку и обществу уже мало быть детерминированными прошлым, надо быть детерминированным будущим.

  1. Есть ли какое-то Высшее Существо?

С.А.: Нет. Но будет, если мы предотвратим на своей планете в этом столетии глобальную цивилизационную катастрофу. Пока трудно сказать, сколько времени и иных ресурсов может понадобиться для создания Высшего Разума (Существа ли?). Человек сумел создать мифы о Боге, сумеет создать и Бога.

  1. Каково место человека во Вселенной?

С.А.: Место нынешнего человека скромно, шатко и позорно. Живем мы на задворках Вселенной, хотя и в планетарном поясе жизни; вскоре (50-70 лет!), скорее всего, уничтожим единственный известный нам очаг Жизни и Разума во Вселенной. Но у Человека есть миссия во Вселенной, придающая нашему существованию и развитию глубокий сакральный смысл – похоже, мы единственные разумные существа (если не принимать во внимание домыслы фантастов), которые потенциально могут нести во все уголки Вселенной Жизнь и Разум, и этот сакральный смысл в том, чтобы оплодотворять и одухотворять Вселенную. Представляете, какова цена этого столетия наших решений и наших дел? – Судьба Жизни и Разума во Вселенной.

  1. Что такое реальность?

А.С.: По моему, ближе всего к понятию «реальности» понятие «универсум» – все сущее в мире косной, живой и мыслящей материи. Реальность, в том числе и виртуальная, бесконечно многомерна.

  1. Что определяет судьбу каждого человека?

А.С.: Индивидуальный геном, унаследованный в ряду поколений; семья и дальнейшая иерархия уровней социума; сформированные целевые и волевые установки; степень усвоения культурного наследия, сопротивление (или поддержка) семейной, социальной, политической, экономической и культурной среды + непредвиденные обстоятельства и не устраненная неопределенность.

  1. Что такое добро и зло?

А.С.: Сегодня, как и тысячелетия назад, сильна позиция: если я украл и меня не поймали – это добро и богатство, если у меня украли – это зло. Если же украли у соседа, то это – чаще, добро.

Благо и добро должно быть в ноосферном мире объективным и абсолютным, опирающимся на императивную этику устойчивого развития: все то, что способствует устойчивому развитию природы, человека и общества – добро. Зло – все то, что ему препятствует.

Добро и зло проявляется в каждом социальном действии и его оценке, но не должно иметь субъективной окраски, иначе неизбежен социальный и культурный хаос. В нашем сознании добро и зло сосуществует в виде двух нейронных сетей (деревьев), заложенных в раннем детстве, но поддающемся многократному переформатированию. Дерево добра – «белое дерево» существует в виде аксиологической толерантности. Дерево зла – «черное дерево» в виде аксиологического иммунитета. Между ними аксиоматическое дерево. Так и блуждаем всю жизнь в трех соснах сумерек собственного сознания.

  1. Почему наша жизнь такая, какая она есть?

А.С.: Потому, что мы ее такой построили, опираясь на ложные ценности – «успешность и богатство»: жадность, жестокость, насилие, преступление, коррупцию, вытекающие с неизбежностью из поименованных ложных ценностей. Они, естественно, не украшают нашу жизнь, несмотря на то, что в жизни есть место (сокращающееся как шагреневая кожа) возвышенному и прекрасному.

Вторая причина – в невежестве, трусости, социальной апатии большинства населения и, прежде всего, политиков и чиновников. Ссылка на не те партии, не те правительства и не тех правителей не состоятельна – каждый народ (и человек тоже) достоин тех правителей и тех правительств, которые ими правят.

  1. Каковы идеальные отношения между личностью и государством?

А.С.: Когда государства нет, а личности общаются на основе общих ценностей, общих целей, руководствуются общими приоритетами в рамках общей миссии и смысла существования. Смысл – в непрерывном личностном и профессиональном развитии на пути к цели, в которую веришь. В это трудно поверить, но это реализуемый (и реализуемый неизбежно!) проект. Если мы успеем и сумеем предотвратить надвигающуюся глобальную цивилизационную катастрофу, то мои правнуки успеют пожить в этом мире без государства.

  1. Что такое любовь?

А.С.: В 75 лет надежней опираться в этом вопросе на впечатления молодости, а потому отвечу студенческими стихами из «Гиппократа»:

Инстинкты правят миром и не лай

Безграмотный ханжа в газетной подворотне.

Я истины всажу в тебя кинжал

И приведу тебе примеров сотни.

Не в том беда, что разум мы склоним

Перед инстинкта силою могучей,

А в том беда, что прикрываясь им,

Мы разума безумие растим,

Как будто бы оно инстинкта лучше. (это к проблеме ЛГБТ сообществ.)

В жизни это высшая форма физиологического и социального предпочтения, не всегда увязанная с разумом и общественным мнением, преходящая как все земное. Вспышка любви (состояние влюбленности) сегодня полностью расшифровывается как определенный алгоритм, динамический ансамбль последовательно включающихся конкретных гормонов, функциональных зон головного мозга, поведенческих, метаболических и физиологических реакций. При желании, сегодня нет проблем его смоделировать, но зачем?

Если предмет любви отвечает взаимностью, страсти и гормоны утихают, и начинается собственно совет да любовь на основе уже не только метаболических, но и социальных механизмов и интересов. Если интересы расходятся, состоится развод – 63% по Беларуси и чуть меньше в России. Романтику любви мы ищем у романистов, философское анатомирование искусство любви – у Фрома, но если мы хотим проектировать человека – биохимия, метаболизм и физиология мозга лишними не будут – без них не поймешь, что такое любовь.

  1. Что происходит после смерти?

Инт.: С умершим: он – точное вещество, из которого он состоит, включается тем или иным путем (и разнообразие этих путей непрерывно растет) в общепланетарный круговорот веществ. Человек находится на вершине пищевых цепей, а потому ест и пьет все живое и неживое, синтезированное или кулинарно- изувеченное, а потому кладбище, крематорий и иные способы захоронения образуют патогенные зоны (вокруг крематория с радиусом 20 км). С кладбищами дело обстоит еще хуже. Поэтому такой ажиотаж вокруг новых и новейших способов перегонки атомарного и молекулярного состояния покойника в выбранные им при жизни растения – тамагучи для родственников…

С семьей, друзьями, коллегами, обществом – мы помним ушедших в течение жизни – все более смутно и отвлеченно в пределах горизонтали своего или, в лучшем случае, следующего поколения. И только реализовавшие себя гении и таланты, изобретатели и ученые, поэты и писатели, политики и общественные деятели … прорываются в вертикаль мирового культурного наследия и продолжают жить в веках. Возможно и физическое бессмертие, но это не скоро. Нетоварное физическое, социальное и духовное сырье, которое представляет собой современное человечество, не имеет смысла вкладывать в Homo Immortalis. Но элементы технологии человека бессмертного уже отрабатываются по многим направлениям – есть материал для дискуссии «Каким быть Человеку», как впрочем и дискуссии «Каким быть Богу» – камо грядеши?

В.Ш.: Уважаемый Александр Иванович, благодарю Вас и прошу принять наши благопожелания – крепости, вдохновений, изобилующей красками жизни.

А.С.: Вначале было слово… и поэтому наш разговор нужен и важен как ничто в этом мире, но еще важнее, чтобы за этими словами как можно быстрее последовали дела. Для начала – дело спасения человека и общества на нашей планете. Заранее приношу извинения за отсутствие политкорректности и академической сдержанности в ответах – тому действительно есть извинения: я не философ, а врач по образованию: вид смертельно больного человечества не располагает к политесу; человечество в смертельном цейтноте и пора называть вещи своими именами.

Анонсы и новости


ДЕНЬ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЕЙ ИГСУ РАНХиГС (ОНЛАЙН)

ДЕНЬ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЕЙ ИГСУ РАНХиГС (ОНЛАЙН)

Институт государственной службы и управления (ИГСУ) РАНХиГС приглашает на День открытых дверей в онлайн-формате.

В программе мероприятия презентация образовательных программ БАКАЛАВРИАТА и МАГИСТРАТУРЫ.

You have Successfully Subscribed!

Нравится
Поделиться